Как принимался первый «сухой закон» в дореволюционной России

Как принимался первый «сухой закон» в дореволюционной России 02.08.2014 1 августа (по новому стилю) исполняется 100 лет со дня принятия "Сухого закона" 1914 года - 1925 гг. К 1913 году потребление алкоголя на душу населения в год составило 3,14 литра. Россия по этой позиции занимала предпоследнее место в десятке наиболее развитых стран (на последнем месте была Норвегия). И даже такой уровень алколизации в традиционно трезвой России был неприемлем.
В 1914 году государь Николай II приступает к ещё одной реформе.


К 1913 году потребление алкоголя на душу населения в год составило 3,14 литра. Россия по этой позиции занимала предпоследнее место в десятке наиболее развитых стран (на последнем месте была Норвегия). И даже такой уровень алколизации в традиционно трезвой России был неприемлем.
В 1914 году государь Николай II приступает к ещё одной реформе.

С.С.Ольденбург, «Царствование Императора Николая II»:
«Государь при своей поездке по великорусским губерниям, видел светлые проявления даровитого творчества и трудовой мощи; но рядом с этим с глубокой скорбью приходилось видеть печальные картины народной немощи, семейной нищеты и заброшенных хозяйств — неизбежных последствий нетрезвой жизни. Я пришёл к твёрдому убеждению... что нельзя ставить в зависимость благосостояние казны от разорения множества моих верноподданных.»

Но, перед тем, как Николай II повелел установить ограничения на продажу спирта, вина и водочных изделий, в России велась огромнейшая просветительская работа в лице представителей интеллигенции: Л.Н. Толстой, А.Ф. Кони, Ф.М. Достоевский, Д.Н. Бородин, Н.М. Нижегородцев, В.М. Бехтерев, Д.Н. Воронов, И.В. Сажин… К 1913 году в России насчитывалось около 1800 обществ трезвости с общим числом членов более полумиллиона! Издавалось множество журналов– «Деятель», «Царицынский трезвенник» и др. Выходили специальные трезвенные издания: «Трезвые всходы», «Сеятель трезвости», «Вестник трезвости», газета «Трезвость»… Троице-Сергиева лавра выпускала Троицкие листки: «В чем корень пьянства», «Всем пьющим и непьющим»… Велась великая кропотливая антиалкогольная работа – по всей стране!

А каковы были результаты нашего «сухого закона»? Они потрясающие!

Потребление упало до 0,2 литра. Число «новых» алкоголиков сократилось в 70 раз, преступность — втрое, нищенство — вчетверо, вклады в сберкассы выросли в четыре раза. Благодаря тому «сухому закону» в стране потребляли меньше, чем в 1914-м, аж до 1963 года! О росте благосостояния трудового населения можно судить по тому, что в 1913 г. было внесено в московские сбер. кассы 3.250.000 руб., а в 1914 г. внесено 6.000.000 руб.

"Мы ещё в начале этого явления и благодеятельные последствия его ещё впереди,— писал публицист М. Меньшиков,— но со всех сторон идут телеграммы и письма о чудесном преображении народной жизни! Все увидели, что полная трезвость возможна, что она легко достижима, что, кроме лишь совершенно больных делириков, водка ни для кого не составляет потребности и что единственно лишь общедоступность водки питает безобразное явление пьянства народного.
О, какое это было бы великое, желанное, спасительное для народа дело! Это было бы более, чем свержение татарского ига или крепостного права,— это было бы свержение дьявольской власти над Россией..."

После введения «Сухого закона» 1914 г. все образованные люди с большим интересом следили за результатом этого закона. Оправдает ли русский народ их ожидание и перейдёт ли к трезвому образу жизни или же, как предсказывали враги трезвости, он будет громить винные погреба, устроит бунт и прекратит работу?

Не было ни гибели пьяниц, ни винных бунтов. Только 2,8 %, то есть самые заядлые алкоголики, с трудом отвыкали от вина. А 84 % опрошенных требовали, чтобы "сухой закон" был сохранен не только на время военных действий, а на вечные времена, а 74 % — за запрещение навсегда всех алкогольных изделий.

В это время комиссия при Русском обществе охраны народного здоровья даёт заключение:

1. Алкоголь, по природе своей вещество наркотическое как в чистом виде, так и в различных разведениях (водка, пиво, виноградные вина), проявляет самое ядовитое действие на живой организм и в особенности на нервную систему, половые клетки.
2. Как вещество ядовитое, алкоголь не может ни в каком размере быть причислен к укрепляющим или питательным продуктам.
3. Многочисленными, строго научными опытами и наблюдениями установлено, что все отправления организма (питание, рост, размножение, физическая и умственная работа, самозащита от болезней и неблагоприятных физических влияний) протекают лучше при полной трезвости и, наоборот, даже так называемое «умеренное» потребление спиртных изделий ослабляюще влияет как на отдельные организмы, так и на все общество.
4. Ни теоретически, ни практически невозможно указать предельную дозу алкоголя или степень его разведения, которая была бы для организма безвредна.

Удивительно, но многое пересекается и с нашем временем.

Представители пивной и винной промыш-ленности предлагали свои слабоалкогольные изделия якобы из желания добра и содействия отрезвлению народа. Постоянная комиссия подчеркнула, что такая политика имеет большие отрицательные стороны:

а) нет противодействия, а напротив - поощрение стремления людей одурманиваться;
б) потребление не меньшего, а большего количества алкоголя (в расчете на чистый алкоголь);
в) вовлекаются в потребление алкоголя более широкие слои женщин и детей, что губит будущее страны;
г) ещё больше разоряется потребитель.

Та же комиссия, рассмотрев докладную записку представителя пивоваренной промышленности, на основании отзыва врачей, решила:

1. Пиво всякой крепости должно определяться не иначе как "спиртной напиток".
2. Пиво — напиток вредный для организма.
3. Оно — не питательный напиток.
4. Возрастание потребления пива ничуть не уменьшает потребление водки.
5. Разрешение свободной продажи пива при запрещении водки создаст пивной алкоголизм не только между мужчинами, но и между женщинами и детьми.

Но противодействующие отрезвлению силы были очень велики.

Ещё до объявления "сухого закона", в 1911 г., барон Гинзбург, встревоженный ростом антиалкогольного движения, в своем кругу заявил: "От поставок водки для казенных винных лавок, от промышленного винокурения я получаю больше золота, чем от всех моих золотых приисков. Поэтому казенную продажу питий надо любой ценой сохранить и оправдать в глазах пресловутого общественного мнения".

В 1912 г. к академику И. П. Павлову обращаются с вопросом о создании подобной лаборатории. Он ответил следующим письмом: «Институт, ставящий себе непременной целью открыть безвредное употребление алкоголя, по справедливости не имеет права именоваться или считаться научным...» Подобный же отзыв об этой затее дал профессор А. Введенский.

Когда не удалось провернуть эту афёру, виноделы, пивовары, виноторговцы начали искать обходные пути. Как пишет А. И. Введенский, «они апеллируют к высшей справедливости и даже религии, отстаивают интересы государственного хозяйства, берут под защиту свободу личности, пугают тайным винокурением и распространением суррогатов, прозрачно угрожают винокурением и даже горячо стремятся содействовать отрезвлению народа...»

В ответ на это был помещён отзыв выдающегося швейцарского учёного с мировым именем - А. Фореля: " ...желать заменить водку пивом (или вином) — это означило заменить беса Вельзевулом."

Упование на воспитание в условиях разливного моря спиртных напитков — неверная постановка вопроса. Каждый товар не только вызывается потребностями, но и сам активно культивирует их. Это тем более верно, если товар — наркотик.