Сирота. (иером.Роман (Кропотов) Читает автор)

Сирота. (иером.Роман (Кропотов) Читает автор) 19.12.2014

Сирота. (иером.Роман (Кропотов) Читает автор)

Как известно, одной из проблем нашей страны является – сиротство. Оно имеет много разновидностей. Все они плачевны и требуют своего разрешения. Сирот особо не жалуют, все хотят своих родных детей. Это, конечно, понятно и правильно, но от печальных реалий нашего времени никуда не деться. Сироты все также остаются, а усыновителей-россиян не так много, как хотелось бы. Никто не желает возиться с трудными детьми, у которых непонятно чьи гены.

Чего не скажешь о других странах, которые как раз не прочь обзавестись русским потомством. Да только кому от этого бывает хорошо и такая ли польза детям от иностранных усыновителей, какую часто рисуют в нашем воображении адепты и лоббисты этой практики? Об этом красноречиво рассказывает нижеследующая история.

Была суббота. Божественная литургия уже закончилась, и в притворе храма священник служил панихиду. Около пятнадцати человек прихожан стояли со свечами и возносили молитвы о своих почивших родственниках.

– Покой, Господи, души усопших раб Твоих, – звучал негромкий голос отца Феодора. Народ истово крестился. Ближе всех к священнослужителю стояла пожилая женщина. Было видно, что она о чем-то усиленно молилась. Ее взгляд был устремлен на лик Спасителя на распятии, а правая рука сложена для крестного знамения. Ее звали Вера Петровна Самохина. Она прожила непростую жизнь и была глубоко верующим православным человеком. Видела в жизни много несправедливости и сама пережила немало испытаний: не так давно овдовела, а потом похоронила обоих своих сыновей. Оставалось у нее единственное утешение в жизни – ее любимый внук Саша. Но не суждено ей было вырастить и воспитать его, так как несправедливая жизнь судила разлучить их навсегда. Боль от этой трагедии, которая оказалась для нее даже сильнее всех прежних, с годами потихоньку улеглась, но тревожные воспоминания еще часто не давали ей покоя.

Саша был единственным сыном у родителей, которые проживали в одном из городов Московской области. Вера Петровна не раз говорила сыну, что пора бы Саше и братика с сестричкой. Но те все откладывали. А Саше, между тем, было уже восемь лет. Пока однажды несчастный случай не прервал жизни обоих его родителей. В тот день Вера Петровна забыла заказать молебен о путешествующих, а потому всегда считала себя виновной в том, что ее сын заснул за рулем. Она как раз приехала к детям и вернулась с внуком из храма, когда им сообщили эту новость.

Саша был очень хорошим мальчиком, любил петь и рисовать, был очень творческой личностью. Когда бабушка первый раз привела его в храм, он был очень поражен и, затаив дыхание, все рассматривал с открытым ртом. Она рассказала ему о таком понятии, как грех и наказание за него, о чуде покаяния и причастия. Он жадно впитывал эту благую весть всем своим существом. Потом у него была первая исповедь и первое причастие. Он писал свою исповедь на листке бумаги и все волновался, чтобы бабушка не подглядывала. А потом совсем не по-детски каялся в своих детских грехах.

Его родители, к сожалению, не водили его в храм и сами были далеки от Церкви, хотя имели иконы в своем доме. Единственным человеком для Саши, который говорил ему о Боге и водил в храм, была его бабушка. Саша мог подолгу стоять в храме во время службы и внимать словам церковных песнопений, хотя понимал, конечно, очень мало. Его детское сердце как-то быстро раскрылось и безоговорочно впустило в себя Христа Спасителя. И эту сердечную веру и детскую любовь к Богу Вера Петровна всеми силами старалась сберечь.

Родители Саши не были против того, что их сын иногда ходил с бабушкой в храм. Но не могли допустить, чтобы он стал, как они говорили, религиозным фанатиком. Поэтому если в этот же день намечалась какая-то поездка или совместное семейное мероприятие, то выбор, конечно же, падал на него, а храм в этот день откладывался. Храм мог подождать даже, если планировался какой-нибудь совместный ужин, обед или поход в магазин. В тот роковой день родители Саши были рады оставить сына с бабушкой, так как надо было вдвоем съездить по каким-то своим квартирным делам.

После смерти у них осталась двухкомнатная квартира в старом многоквартирном доме недалеко от Москвы. В ней и остановилась Вера Петровна со своим внуком.

Потом была тяжелая похоронная неделя. Своей матери взялся помогать Кирилл – второй сын Веры Петровны. Всю организационную работу он взял на себя. В то время он проживал далеко от столицы и приехал специально для этого. Похороны получились скромные, так как все оказалось очень дорого.

Вера Петровна понимала, что после смерти родителей Саши, он оставался один и нужно было на кого-то оформлять опекунство. Она подумала, что у Кирилла шансов получить опеку над племянником будет больше и предложила ему этим заняться.

– Хорошо, – ответил Кирилл. – Я не против. Только я буду заниматься этим дома, по месту прописки.

Вера Петровна одобрила его решение. Она подумала, что увидеться потом с внуком не будет проблемой, главное, чтобы в приют не забрали.

Кириллу тогда пришлось остаться у них на неделю, чтобы получить все необходимые документы по родителям Саши, которые были нужны для оформления опекунства. После этого он уехал домой.

Вера Петровна осталась с Сашей в квартире его родителей. Она помогала ему с учебой в школе, водила в храм и вместе они поддерживали друг друга в навалившемся на них горе.

Однако, через незначительное время к ним пожаловали гости из органов опеки и попечения и стали интересоваться Сашей. Они задавали Вере Петровне множество вопросов по Саше и по ней самой: кто она ему, на каких правах здесь проживает, оформлено ли опекунство и множество других вопросов. Вера Петровна говорила, что опекунство уже оформляется на ее сына и осталось совсем немного времени. Но они сказали, что когда все будет оформлено, тогда и заберут его к себе. Как пожилая женщина ни умоляла их, как ни объясняла, но они оказались непреклонны и сказали, что завтра придут за Сашей.

После их ухода она сразу позвонила сыну.

– Сынок, ну что там, долго еще? Сейчас приходили люди, они хотят забрать Сашу, – Вера Петровна залилась слезами.

– Мама, успокойся, слышишь, возьми себя в руки. Нужно еще подождать. Это не делается быстро. Знаешь сколько тут надо бумаг собрать? Мы обязательно его вернем, слышишь? Где Саша?

– Пока в школе. А мне что делать? Как я ему скажу?

– Ты должна его подготовить, укрепить как-то. Скажи, что вам нужно на какое-то время расстаться. Но потом вы обязательно увидетесь, хорошо?

– Хорошо.

– Сделаешь это?

– Да.

– Вот и славно. Не вздумай плакать, все будет хорошо. Целую тебя.

– И я тебя.

Вера Петровна была вне себя от горя. Как всякая верующая женщина, она первым делом предалась молитве. Она горячо просила Господа не разлучать ее с внуком, высказывала свою озабоченность по поводу дурного влияния на него в приюте. Но потом вспомнив, что Господь промышляет над всем, она немного успокоилась и предала себя с Сашей в руки Божии.

Когда Саша вернулся домой, она долго не могла ему ничего сказать. Наконец, когда он обедал, она сказала ему:

– Сашенька, может случиться так, что нас с тобой разлучат на какое-то время.

– Почему разлучат?, – Саша даже не оторвался от тарелки с супом. Он, кажется, до конца не понимал смысла этих слов.

– Просто пока так нужно, – Вера Петровна смотрела на него не отрываясь и еле сдерживала набегавшие слезы. – Но я тебе обещаю, что скоро все наладится и мы снова будем вместе. Обещаешь, что будешь сильным без меня?

–Да, – ответил Саша, – я буду сильным.

Весь вечер Вера Петровна провела с внуком, напоминая ему о необходимости молитвы и надежды на Бога. Она призывала его всегда молиться Господу и перед сном, и проснувшись с утра. Наказывала ему не смотреть на плохих мальчиков и не брать с них примера, но дружить только с хорошими.

– А если плохие мальчики будут сильнее хороших? – вдруг спросил Саша.

Вера Петровна удивилась такому вопросу, но все равно сказала:

– Сильнее не значит правильнее. Можно быть сильным, но поступать неправильно. А можно быть слабым, но при этом любить Бога. А это важнее. Понимаешь? Но можно быть и сильным, и при этом любить Бога. Если можешь, будь таким.

Саша кивнул и обещал бабушке поступать именно так.

На следующее утро к ним действительно пришли люди и сказали, что согласно Российскому законодательству забирают Сашу в детский дом.

– Вы имеете право оформить опеку, предоставив весь перечень документации, – было сказано Вере Петровне.

Она пыталась и этим людям объяснить, что всё уже собирается и почти готово. Но они, казалось, ее не слушали. Внутренно Вера Петровна понимала, что противостоять им она не сможет, а потому заранее приготовила Сашу к переезду. Она одела его и хотела дать ему с собой что-то из белья, но ей запретили, сказав, что там ему все выдадут. Со слезами на глазах она провожала внука, как в последний раз. Уже у машины она вспомнила и спросила – в какой детский дом его направляют. Ей сказали адрес и машина уехала. Из запотевшего окна на нее смотрело грустное лицо ее любимого внука.

Прошло какое-то время. Вера Петровна каждый день звонила Кириллу, но он почему-то не отвечал. Каждый раз ей было сказано, что обонент сейчас не может ответить и просили оставить сообщение. Она оставляла сообщения, умоляя сына позвонить ей и сообщить как продвигаются дела. Но тот не перезванивал.

Так прошло две недели. За это время Вера Петровна не раз бывала у Саши и проводила с ним столько времени, сколько было возможно. В целом условия ей понравились и дети ей показались спокойными, только немного замкнутыми, обособленными какими-то, иногда раздражительными. Возможно это из-за неправильного отношения с ними, думала Вера Петровна.

И вот в один день ей позвонили. Сильный мужской голос предствился оперуполномоченным по одному из округов Волгоградской области.

– Это Вера Петровна Самохина?

– Да, это я.

– Вас беспокоит капитан Матвеев. Кирилл Анатольевич Самохин ваш сын?

– Да, а что случилось? – Вера Петровна заволновалась.

– Несколько дней назад он был найден мертвым у себя в квартире. Смерть наступила приблизительно неделю назад. Причина выясняется, но предположительно это инсульт.

Эти слова были, как удар колокола. Вера Петровна даже не слышала, что ей говорили дальше. Она медленно села на стул.

– Господи, да как же это? – только и смогла она произнести.

Новость о смерти сына совершенно выбила ее из колеи. Она думала, что оформление опеки уже подходит к концу, а тут такое! Ей пришлось поехать туда для организации похорон второго сына. Слава Богу, что у него были друзья и знакомые, которые согласились помочь и все устроили, иначе Вера Петровна совсем потеряла бы силы и бодрость духа.

Когда все закончилось, она вернулась обратно и решила оформлять опеку на себя. Для начала она обратилась за помощью в юридическую консультацию. Там ей объяснили какой пакет документов необходим для оформления опеки. После этого Вера Петровна начала бегать по инстанциям. Она пришла в ужас от того, сколько анкет, различных актов и заявлений, ходатайств и справок было необходимо для оформления опекунства. В социальной службе ей предложили своего уполномоченного представителя для сбора необходимых документов, но она отказалась, так как побоялась доверить это дело незнакомому человеку, который, к тому же, был из тех, как она думала, которые разлучили ее с Сашей.

Прошла не одна неделя пока, наконец, все документы были собраны. Вера Петровна отнесла их в соответствующий отдел органов опеки и попечения и стала ждать. Она продолжала навещать Сашу и уверяла его, что скоро заберет его оттуда.

Через несколько дней к ней пришла женщина и сказала, что она должна проверить санитарные условия ее квартиры. Она ходила по квартире и что-то записывала. Заглядывала под ванну и облезшие обои, на балкон и в холодильник. Через некоторое время она ушла, оставив Веру Петровну в тревожном волнении.

Однажды, когда Вера Петровна пришла на свидание к внуку, он сказал ей, что приходил какой-то дядя, который хочет забрать его с собой в Америку. Вера Петровна испугалась и спрашивала, что это за дядя? Саша сказал, что не знает, но он уже приходил два раза, приносил фотографии и рассказывал что-то на непонятном языке. При этом Саша показал несколько фотографий, на которых был улыбающийся мужчина и разные виды природы.

Вера Петровна направилась к руководству приюта с целью узнать об этом таинственном госте. Там ей сказали, что Сашу хочет усыновить какой-то американец и, вроде бы, органы опеки и попечения дают добро.

На следующий же день бедная бабушка бросилась в эту социальную службу для выяснения отношений. Ее там приняли и спокойно объяснили, что, к сожалению, они не могут предоставить ей право оформления опеки над Александром Петровым (Сашин папа взял фамилию жены, потому был не Самохиным, а Петровым). В качестве причин было названо то, что жилищные условия предполагаемого опекуна не соответствуют нормативным требованиям – дом был старым и шел под снос, размер пенсии недостаточен для прожиточного минимума. Они также сказали, что прошло уже больше месяца с момента смерти родителей Саши, а документы нужно было успеть собрать в течении месяца. Плюс медицинское заключение о здоровье возможного опекуна далеко не идеальное.

Как Вера Петровна ни возмущалась, как ни пыталась убедить их, что им вдвоем на все хватит и со здоровьем у нее все в порядке – ей было отказано. К тому же Вере Петровне было сказано, что перед смертью родители Саши взяли большой кредит, и если она захочет вступить в права наследования их имуществом, тогда будет нести и обязательство по договору поручительства. Тогда она предложила все оформить на месте своей прописки, чтобы они с Сашей жили в ее однокомнатной квартире. Но ей отказали, сказав, что это не в интересах ребенка, всю жизнь прожившего здесь.

Вера Петровна не могла поверить своим ушам!

– Перевезти в другую область – не в интересах ребенка, – возмущенно сказала она, – а увозить заграницу в интересах!?

Но ей сказали, что так и есть и, что она потом еще благодарить их за это будет.

Сашу было решено отдать приемным родителям, которых искали не в России, а где-нибудь зарубежом. Было заявлено, что подходящей семьи на территории России не нашлось, а единственный родственник не подходит на роль опекуна по многим показателям. Зато по каким-то своим дипломатическим каналам они быстро нашли в Америке подходящую кандидатуру. Это был какой-то богатый мужчина с американским гражданством. В документах он выступал, как одинокий мужчина и по закону вполне имел право на усыновление российского ребенка. Оказалось, что он не так давно подал заявление о подборе ребенка для усыновления.

Поскольку есть деньги, то всегда будут и нужные знакомые. Поэтому найти ребенка для него не было проблемой. Он уже остановился вниманием на каком-то мальчике, но его познакомили с Сашей, который ему сразу понравился.

Как сказано в 4 статье специального соглашения, исполнительные органы должны сотрудничать друг с другом и способствовать взаимодействию органов власти и организаций сторон. Это взаимодействие, надо полагать, было очень развитым, отчего вся документальная часть была оформлена в довольно короткий срок, что говорило о каких-то нарушениях процедуры усыновления.

По договору полагается непосредственное знакомство усыновителя с усыновляемым ребенком. Для этого американец не раз приезжал и лично знакомился с Сашей. Причем, он приезжал уже в то время, когда Вера Петровна с ног сбивалась, собирая нужные бумаги для оформления опеки. Но ей об этом не сказали.

Наконец, в один прекрасный день он приехал за Сашей. В тот день для приюта был настоящий праздник. Этот человек одарил подарками всех насельников детского дома. Но Саша получил самые дорогие подарки. Все ему тогда завидовали. Но, как оказалось потом, очень напрасно.

Вера Петровна узнавала обо всем этом уже потом от очевидцев, так как ей даже не указали день, в который должны были приехать за ее внуком. Воспитатели говорили потом, что Саша не плакал и держался хорошо, только было видно, что он волнуется. Ему уже заранее все объяснили, чтобы как можно больше сгладить эмоциональное переживание.

Саша несколько раз спросил о своей бабушке. Ему сказали, что она не смогла прийти и попрощаться с ним, но она обязательно приедет к нему на новое место жительства. Эта ложь немного успокоила Сашу, и он до конца своей короткой жизни все так и будет ждать свою бабушку и смотреть с надеждой в окно.

Как оказалось чуть позднее, у этого видного американца был “друг”, с которым немного времени спустя он зарегестрировал свой брак. К сожалению Сашу увезли в тот штат, где законодательство давно признало однополые браки. Вера Петровна узнала это уже находясь у себя дома из одного видеорепортажа, которое случайно попало ей на глаза. Спустя несколько месяцев те американцы захотели сделать что-то вроде освещения своего усыновления, захотели придать массовой огласке эту новость, показать всем, какие они хорошие. На видео Саша стоял между двух мужчин, которые обнимали его и держались за руки. Сашу попросили сказать что-нибудь на камеру, и он на английском языке сказал, что счастлив в новой семье и любит Америку.

Когда Вера Петровна смотрела эту запись, то не могла сдержать слез. Саша был похож на загнанного заяца. В его больших глазах был жуткий страх и одиночество. Он стал очень худым и выглядел растерянным. Вера Петровна смотрела на него и думала, Господи Боже, миленький мой, что они с тобой сделали?! Тогда она видела его в последний раз.

Года через полтора Саши не стало. Говорили что-то про какой-то несчастный случай, но что было на самом деле можно только догадываться. К Вере Петровне иногда заходят неравнодушные люди, которые знакомы с ее ситуацией и приносят известия по Саше. Один человек сказал ей, что видел статью на каком-то иностранном сайте о ее внуке. Он перевел ее и принес ей русский перевод статьи. В ней свободный журналист заявлял, что россиянин Александр Петров умер от сепсиса, который стал реакцией на какой-то медицинский препарат. Он утверждал, что Саша был болен СПИДом и его пытались вылечить при помощи каких-то живых вакцин, которые его и убили.

Услышав это Вера Петровна тяжело вздохнула.

Я с ужасом представляю что делали эти извращенцы с моим внуком! Мало им было свои жизни искалечить, так они замучили совершенно невинного ребенка, разлучив его с его оставшейся семьей, православной верой и родной страной.

Эта история получила широкий резонанс в мировом сообществе. Американское правительство санкционировало расследование, в результате которого несколько врачей были осуждены. Они получили сроки от 4 до 5 лет. По телевизору еще не раз мелькали недовольные лица приемных “пап” Саши, которых таскали по судам. Но Вере Петровне от этого было не легче. Напрасно загубленную душу уже не вернешь. Она даже не знала точного дня смерти своего внука и отмечала приблизительную дату, предварительно взяв на это благословение своего духовного отца.

Однажды Веру Петровну пригласили на передачу. Она поначалу отказывалась, но ее убедили сказав, что ее выступление может помочь другим семьям с такими же проблемами. И она согласилась.

После долгой беседы, в которой она ничего не скрывая изложила свою историю, ведущий задал ей вопрос:

– Вера Петровна, если бы вы сейчас смогли увидеть Сашу, что бы вы ему сказали?

После этого воцарилась тишина. В ожидании молчала не только студия, но, казалось, вся страна сейчас ждала ответа многострадальной бабушки. Наконец, через несколько секунд она ответила:

– Я сказала бы ему, что люблю его и очень соскучилась.

Вера Петровна едва заметно улыбнулась, и одинокая слеза сбежала по ее щеке.

Эта история не могла пройти без последствий. Благодаря ажиотажу, который она вызвала в массах, об ней узнали везде. В результате не только закон Магнитского, но и такие истории, как у Веры Петровны Самохиной стали одной из причин появления закона, недавно подписанного Президентом Российской Федерации, который получил наименование – закона Димы Яковлева, запрещающего усыновление российских детей гражданами Соединенных Штатов Америки.

Иеромонах Роман (Кропотов)